Проведение судебно медицинской экспертизы трупа

Глава 48. Судебно-медицинское исследование крови

Следы крови играют
важную роль в следственной практике,
поскольку они часто являются следами
происшествия или со­вершенного
преступления.

Вопросы, разрешаемые
при экспертизе следов крови, опреде­ляются
как обстоятельствами дела, так и
экспертными возможно­стями. Поэтому
в каждом уголовном деле между следователем,
назначившим судебно-биологическую
экспертизу, и экспертом-биологом
необходимо наладить деловой контакт и
взаимопони­мание, поскольку
целесообразно, чтобы они совместно
отобрали вещественные доказательства
на экспертизу, определили экс­пертные
возможности по каждой конкретной
экспертизе с учетом имеющихся в
распоряжении следствия доказательств,
согласовали точные формулировки
вопросов, ставящихся перед экспертом.

Установление
наличия следов крови.
При расследовании уголовных дел большое
значение имеет установление присутствия
следов крови на самых различных предметах.

Выявление крови
на вещественных доказательствах —
пер­вый обязательный этап любой
судебно-медицинской экспертизы крови.
Причем, только доказав наличие следов
крови, эксперт может приступить к решению
других вопросов, поставленных перед
ним следователем.

Авдеев М.И. Судебно-медицинская экспертиза трупа [PDF] - Все для ...

Если же эксперт не
смог доказать при­сутствие следов
крови на том или ином предмете, он должен
отказаться от решения других стоящих
перед ним вопросов. По­этому эксперт
должен четко, а главное обоснованно
решать во­прос о наличии или отсутствии
крови в исследуемом пятне, на том или
ином предмете (объекте).

В
качестве предварительной пробы на
наличие следов крови применяют метод
исследования в ультрафиолетовых лу­чах.
При таком исследовании пятна крови
имеют темно-коричневый цвет и бархатистый
вид.

При старении пятен крови содержащийся
в ней гемоглобин под действием различных
внешних факторов может перейти в особый
пигмент — гематопорфирин, который дает
в ультрафиолетовых лучах яркое
оранжево-красное свечение.

В
судебной медицине широко распространен
метод
абсорбци­онной спектроскопии
(микроспектральный, основанный на
спо­собности гемоглобина и его
производных — гемохромоген, гематопорфирин
— поглощать световые волны определенной
длины и образовывать спектры поглощения).

Обнаружение спектра гемо­глобина или
одного из его производных доказывает
наличие кро­ви в исследуемом пятне.
Микроспектральный метод обнаружения
крови очень чувствителен, он позволяет
выявлять кровь в ни­чтожно малых,
микроскопических количествах.

В
последнее время разработаны новые
способы диагностики наличия крови. К
ним относятся
хроматографические методы исследования
(микрохроматография на бумаге,
хроматография на силуфоловых пластинках),
отличающиеся доступностью, вы­сокой
чувствительностью, возможностью
одновременного ис­следования большого
количества материала и сохранения
хроматограмм в качестве вещественных
документов результатов ис­следования,
а также серологические
методы
определения гемо­глобина в пятнах
крови с помощью гетероиммунных
антигемоглобиновых сывороток.

Простым
доказательным методом уста­новления
наличия крови является эпимикроскопия.
При наличии на гладкой поверхности
предмета едва заметного тонкого следа,
похожего на кровь, его исследуют с
помощью прибора опак-иллюминатора.

Экспертная
оценка различных методов установления
наличия крови
должна быть следующей. Ориентировочные
пробы на на­личие крови, если даже они
и применялись, оцениваться не должны,
поскольку они не являются строго
специфичными для крови и носят
вспомогательный характер Положительный
ре­зультат любой примененной экспертом
доказательной реакции свидетельствует
о присутствии крови в исследованном
объекте.

При отрицательном — выводы об
отсутствии крови в исследованном объекте
не должны быть столь категоричны. Если
были использованы все высокочувствительные
методы установления наличия крови и
получен отрицательный результат, то
выводы об отсутствии крови в исследованном
объекте должны строиться в зависимости
от характера и состояния самого объекта.

При достаточных размерах похожего на
кровь пятна, а также при от­сутствии
загрязнения предмета-носителя выводы
об отсутствии крови будут более
категоричными, и, наоборот, при крайне
ма­лом количестве исследованного
объекта и при сильном загрязнении
материала — более осторожными.

Определение
видовой принадлежности крови.
После выявления на вещественных
доказательствах следов крови необходимо
оп­ределить видовую специфичность
ее белков, т.е. установить, принадлежит
ли кровь человеку или животному.

Проведение такого
исследования, с одной стороны, может
диктоваться обстоятельствами дела,
когда в процессе расследова­ния
возникают версии о происхождении следов
крови не только от человека, но и от
животного, а с другой — потребностью
даль­нейшего установления группы
крови для решения вопроса о воз­можности
происхождения ее от определенного лица,
что нельзя сделать без определения
видовой принадлежности крови.

Во многих случаях
одно только установление вида крови
может сыграть значительную, если не
решающую, роль в рас­крытии преступления
или обстоятельств происшествия. Это
относится ко всем случаям браконьерства,
незаконного убоя скота, авиационных
происшествий (когда возникает версия
о столкновении с птицей как причиной
авиационной катастро­фы).

Кроме того,
иногда подозреваемые в совершении
пре­ступления пытаются объяснить
принадлежность обнаружен­ной на их
одежде крови не человеку, а, например,
какому-нибудь домашнему животному,
птице и т.п.

В
судебно-медицинской практике для
установления видо­вой принадлежности
крови используют различные иммунологические
методы, обладающие высокой чувствительностью
и специфичностью.Они основаны
на строго специфичном взаи­модействии
видовых антигенов и антител, проявляющемся
ре­акцией преципитации.

Живой организм
в ответ на введение чужеродного белка
(антигена) вырабатывает особые вещества
— антитела, взаимодействующие только
с белком данного вида. Таким образом,
если какому-нибудь животному ввести в
кровь белок (сыворотку крови) другого
животного, то в его организ­ме
выработаются антитела, взаимодействующие
с белком жи­вотного данного вида.

Предлагаем ознакомиться:  Назначение экспертизы судом в гражданском процессе

При взаимодействии
иммунной антисыворотки, содержащей
антитела на белок определенного вида
животного, с белком крови того же
животного происходит реакция между
антигеном и антителом, проявляющаяся
в выпадении осадка (преципита­та).

Располагая набором иммунных сывороток,
преципитирующих белки человека и
различных животных, эксперт может
ус­тановить видовую принадлежность
крови в исследуемом пятне путем контакта
этих сывороток с вытяжками из пятна
крови.

Реакция препицитации
сама по себе не устанавливает нали­чия
крови, а лишь определяет видовую
специфичность ее бел­ков, поэтому в
каждом подозреваемом на кровь пятне
сначала устанавливают ее присутствие,
а потом определяют вид.

Следует помнить,
что белки живого организма, характеризующие
его видовую специфичность, содержатся
не только в крови, но и во всех тканях,
органах и выделениях организма. Поэтому
реакци­ей белковой преципитации можно
установить видовую принад­лежность
не только пятен крови, но и пятен любых
выделений.

Этот факт важен для экспертной
оценки результатов исследова­ния, он
еще раз свидетельствует об обязательности
начального установления присутствия
крови в исследуемом пятне. Если в таком
пятне, лишь подозрительном на кровяное,
имеются ка­кие-нибудь выделения
человека (например, пот, слюна, моча,
выделения из носа и т.д.

), то выявление
в нем человеческого белка можно ошибочно
трактовать присутствием крови, которой
на самом деле нет. Дальнейшее выявление
в подобном пятне групповых факторов,
относящихся к выделениям человека, а
не к его крови, может еще более усугубить
ошибку эксперта.

Реакция
преципитации чувствительна и позволяет
открывать видоспецифичный белок в
пятнах крови площадью в несколько
квадратных миллиметров. Результат
реакции зависит не только от размеров,
интенсивности пятен крови и степени
пропитывания ею материала предмета-носителя,
но и от состояния белков кро­ви, главным
образом их растворимости.

Следует
помнить, что видоспецифичные белки
крови крайне чувствительны к различ­ным
физическим и химическим воздействиям,
поэтому для ус­пешного определения
вида крови в пятнах на вещественных
до­казательствах необходимо правильноих хранить
и пересылать в лабораторию.

Так,
неправильная термическая обработка
предме­тов со следами крови (сушка
при высокой температуре) приводит к
тому, что ее белки переходят в нерастворимое
состояние, пре­пятствующее установлению
их вида, а пересылка влажной одеж­ды
со следами крови — к ее загниванию и
денатурации белков.

Экспертная оценка
результатов реакции преципитации должна
быть следующей. Выпадение осадка
(преципитата) в пробирке с вытяжкой из
пятна крови и соответствующей
преципитирующей сывороткой и отсутствие
осадка в контрольной пробирке (с вытяжкой
предмета-носителя) позволяет выявить
определенный вид крови в исследуемом
пятне.

Отсутствие осадка
с вытяжкой из исследуемого пятна крови
при использовании всех имеющихся
сывороток может быть обу­словлено
различными причинами – кровью какого-либо
другого вида животного, разрушением
или нерастворимостью белков крови,
недостаточным ее количеством.

В таких
случаях прибегают к концентрированию
вытяжек и использованию более
чувствитель­ных методик установления
видовой принадлежности крови. К ним
можно отнести реакцию преципитации на
специальной хроматографической
фильтровальной бумаге, в узком стеклянном
капилляре, а также метод электропреципитации
(преципитация в араговом геле с
использованием электрического тока).

Глава 51. Судебно-медицинское исследование других выделений

Исследование
слюны.
Установление наличия слюны в пятнах
ос­новано на выявлении в них
пищеварительного фермента амилазы,
который содержится не только в слюне,
но и в других его выделе­ниях, а также
в крови человека.

Однако исключительно
высокая активность фермента в слюне,
по сравнению с кровью и другими выделениями
позволяет при соблюдении определенной
техники исследования добиться полной
специфичности метода.

Изъятие и упаковка
пятен, напоминающих следы слюны,
производится так же, как и при обнаружении
пятен, похожих на кровь. Наряду с
вещественными доказательствами для
направления в судебно-медицинскую
лабораторию изымаются образцы слюны и
крови и экспериментальные окурки
подозреваемых и потерпевших.

Предлагаем ознакомиться:  Фкз о судебной системе кратко

Судебно медицинская экспертиза трупа: основания для назначения ...

Исследование
мочи. Пятна,
образованные мочой, в ультра­фиолетовых
лучах дают слабое беловато-голубоватое
свечение. Оно помогает эксперту выявить
подозрительные на пятна мочи участки
и доказательными методами установить
ее присутствие.

Групповая
принадлежность мочи в пятнах определяется
теми же методами, что и при исследовании
пятен крови и других выделений.

Вывод о группе
мочи и возможности ее происхождения от
определенного лица делается на основании
всех данных иссле­дования с учетом
степени выделения антигенов системы
АВО (Н) у подозреваемого или обвиняемого.

Исследование
пота и потожировых выделений.
В качестве ори­ентировочного
исследования на присутствие следов
пота реко­мендуется осмотр предметов
одежды в ультрафиолетовых лучах. При
этом пятна пота и потожировых выделений
часто дают го­лубоватую флюоресценцию.

Доказательным
методом на наличие пота является реакция
на аминокислоту серин, содержащуюся в
нем в значительном количе­стве. Реакция
на серин достаточно чувствительна,
причем положи­тельный результат может
быть получен с кусочками материала в
5—10 мг для свежих пятен пота и в 15 мг —
для старых следов.

В экспертной
практике в настоящее время групповое
диф­ференцирование следов пота
ограничено лишь системой АВО (Н), причем
для решения вопроса о возможности его
происхож­дения от определенного лица
учитываются не только групповая
принадлежность крови и степень
выделительства этого лица, но и сила
выраженности групповых антигенов в его
поте.

Раздел XI. Судебно — медицинская экспертиза по делам о нарушении медицинским персоналом профессиональных обязанностей Глава 53. Права, обязанности и ответственность медицинских работников

Судебно-медицинская экспертиза — как проводится судмедэкспертиза


Неблагоприятный
исход лечения, связанный с добросовест­ным
заблуждением врача, принято относить
к врачебным ошиб­кам. Термин «врачебная
ошибка» употребляется лишь в меди­цинской
практике.

Многообразие
врачебных ошибок, их причин и условий
воз­никновения привело к тому, что до
настоящего времени нет единого понятия
врачебной ошибки, что, естественно,
затрудня­ет медико-юридическую оценку
ошибочных действий медицин­ских
работников.

Основным критерием врачебной
ошибки яв­ляется вытекающее из
определенных объективных условий
доб­росовестное заблуждение врача
без элементов халатности, небрежности
и профессионального невежества.

1) ошибки
диагностические — нераспознавание или
ошибоч­ное распознавание болезни;

2) ошибки тактические
— неправильное определение показа­ний
к операции, ошибочный выбор времени
проведения опера­ции, ее объема и
т.п.;


3) ошибки технические
— неправильное использование ме­дицинской
техники, применение несоответствующих
медика­ментов и диагностических
средств и т.д.

Врачебные ошибки
обусловлены как объективными, так и
субъективными причинами.

Объективные
затруднения в диагностике ряда заболеваний
возникают из-за скрытого атипичного
течения болезни, которая нередко может
комбинироваться с другими недугами или
про­явиться в виде других заболеваний,
а иногда затруднения в ди­агностике
заболеваний и травм связаны с состоянием
алкоголь­ного опьянения больного.

Большие затруднения
вызывает также своевременная диаг­ностика
воспаления легких у детей в возрасте
1—3 лет, особенно на фоне катара верхних
дыхательных путей.

Пример.

Клава Б., 1 года 3
месяцев, умерла во время дневного сна
в яслях 29 января 1998 г. С 5 по 17 января она
перенесла острую респираторную инфекцию,
по поводу которой ясли не посещала. Врач
яслей принял ребен­ка 18 января с
остаточными явлениями после перенесенного
катара верхних дыхательных путей
(обильные слизистые выделения из носа,
прослушива­лись единичные сухие хрипы
в легких), в последующем ребенок был
ос­мотрен врачом лишь 26 января.

Диагноз
пневмонии установлен не был, но было
отмечено, что явления катара верхних
дыхательных путей держатся, но температура
у ребенка была нормальная. Лечение
продолжалось в яслях (микстура — от
кашля, капли в нос — от насморка). Ребенок
выглядел плохо, был вялым, сонливым, ел
без аппетита, кашлял.

29 января 1998 г. в 13
ч Клаву Б. вместе с другими детьми в
спаль­ной комнате уложили спать.
Ребенок спал спокойно, не кричал. При
подъ­еме детей в 15 ч Клава Б. не подавала
признаков жизни, но была еще теп­лой.

Старшая сестра яслей немедленно стала
делать ей искусственное ды­хание,
сделала два укола кофеина, тело ребенка
согревалось грелками. Прибывшим врачом
скорой медицинской помощи производились
искусст­венное дыхание рот в рот и
непрямой массаж сердца. Однако оживить
ре­бенка не удалось.

При судебно-медицинской
экспертизе трупа Клавы Б. были обнару­жены:
катаральный бронхит, распространенная
серозно-катаральная пнев­мония,
интерстициальная пневмония, множественные
фокусы кровоизлия­ний в легочную
ткань, что и послужило причиной смерти
ребенка.

По мнению экспертной
комиссии, ошибочность действий врачей
в дан­ном случае заключалась в том,
что ребенок был выписан в ясли не
выздо­ровевшим, с остаточными явлениями
респираторной инфекции. Врач яслей
должен был обеспечить активное наблюдение
за ребенком, провести допол­нительные
исследования (рентгеноскопию, анализ
крови).

Это дало бы возможность более
правильно оценить состояние больного
ребенка и актив­нее проводить лечебные
мероприятия. Более правильным было бы
лечение ребенка производить не в условиях
здорового коллектива детей в яслях, а
в лечебном учреждении.

Отвечая на вопросы
органов следствия, экспертная комиссия
указала, что дефекты ведения больного
ребенка обусловлены в значительной
степени трудностью диагностики
интерстициальной пневмонии, которая
протекала при малонарушенном общем
состоянии ребенка и нормальной температуре
тела.

Предлагаем ознакомиться:  Как ознакомиться с материалами дела

Судебно-медицинская экспертиза:заключение эксперта образец

Экспертная комиссия
рекомендовала данный случай атипичного
течения пневмонии обсудить в детских
медицинских учреждениях, обратив
внимание на терапевтическую тактику
врача при ведении такого рода больных
детей.

Практика показывает,
что большинство врачебных ошибок связано
с недостаточным уровнем знаний и
небольшим опытом врача. Вместе с тем
ошибки, например диагностические,
встре­чаются не только у начинающих,
но и у опытных врачей.


Реже ошибки
обусловлены несовершенством применяемых
методов исследования, отсутствием
необходимой аппаратуры или техническими
недочетами в процессе ее использования.

Пример.

Больной П., 59 лет,
поступил 10 февраля 1998 г. в больницу №131 с диагнозом: гипохромная анемия. При
клиническом обследовании установле­на
грыжа пищеводного отверстия диафрагмы,
рентгенологически обнаруже­на ниша
в нижнем отделе пищевода.

Для уточнения
характера ниши и исключения злокачественного
новооб­разования по медицинским
показаниям больному 12 февраля 1998 г.
про­ведена эзофагоскопия, в процессе
которой было установлено, что слизистая
оболочка пищевода настолько утолщена,
что трубку не удалось провести даже в
верхнюю треть пищевода.

На следующий день
состояние больного П. резко ухудшилось,
темпе­ратура повысилась до 38,3°С,
появилась боль при глотании. При
рентге­нологическом исследовании 15
февраля у больного выявился дефект в
левой стенке пищевода и обнаружено
затемнение в области верхнего отдела
сре­достения.

Диагноз: разрыв пищевода,
медиастинит. В этот же день произ­ведена
срочная операция — вскрытие околопищеводной
клетчатки слева, опорожнение абсцесса,
дренирование средостения. Послеоперационное
те­чение протекало тяжело, на фоне
анемии.

2 марта 1998 г. у
больного П. внезапно появилось массивное
кровоте­чение из раны на шее, от
которого он через 10 минут скончался.

Бланк акт судебно медицинской экспертизы

При судебно-медицинской
экспертизе трупа П. установлено:
инстру­ментальный разрыв передней и
задней стенок шейного отдела пищевода,
гнойный медиастинит и осумкованный
левосторонний плеврит; состояние после
операции — дренирование абсцесса
околопищеводной клетчатки сле­ва;

небольшая эрозия левой общей сонной
артерии; большое количество темно-красных
свертков крови в полости дренажного
канала, малокровие кожных покровов,
миокарда, печени, почек, умеренно
выраженный атеро­склероз аорты и
венечных артерий сердца, рассеянный
мелкоочаговый кар­диосклероз, сетчатый
пневмосклероз и эмфизема легких.

В данном случае
техническая ошибка в процессе
эзофагоско­пии привела к тяжелому
заболеванию, осложнившемуся смер­тельным
кровотечением.

Современной
формой врачебных ошибок являются
ятрогенные заболевания,
возникающие обычно от неосторожного
слова или неправильного поведения врача
или среднего медицинского персонала.
Неправильное поведение медицинского
работника может оказать сильное
неблагоприятное воздействие на психику
больного, вследствие чего у него
развивается ряд новых болез­ненных
ощущений и проявлений, которые могут
перейти даже в самостоятельную форму
заболевания.

Подавляющее
большинство ятрогенных заболеваний
зависит не столько от неопытности и
незнания врача, сколько от его
невнимательности, бестактности,
отсутствия достаточной общей культуры.
Такой врач почему-то забывает, что он
имеет дело не только с болезнью, но и с
мыслящим, чувствующим и страдаю­щим
больным человеком.

Чаще ятрогенные
заболевания развиваются в двух формах:
значительно ухудшается течение имеющегося
у больного орга­нического заболевания
или появляются психогенные, функцио­нальные
невротические реакции.

Для предупреждения
любых ошибочных действий врача каж­дый
случай врачебной ошибки должен быть
тщательно изучен и обсужден на врачебных
конференциях.

При оценке врачебных
ошибок с помощью судебно-медицинских
экспертных комиссий необходимо вскрыть
сущность и характер неправильных
действий врача и в результате получить
основание для квалификации этих действий
как добросовестных и, следовательно,
допустимых, или, наоборот, недобросовестных
и недопустимых.

Объективные трудности
выявления некоторых заболеваний
возникают как следствие особенностей
самого па­тологического процесса.
Болезнь может протекать скрыто или
принимать атипичное течение, комбинироваться
с другими за­болеваниями, что,
естественно, не может не отразиться на
диаг­ностике.

Например, сильная степень
алкогольного опьянения лиц, получивших
повреждения черепа, затрудняет
неврологиче­ское обследование и
распознавание черепно-мозговой травмы.
Ошибочная диагностика иногда
обусловливается поведением больных,
которые могут активно противодействовать
исследова­ниям, отказываться от
биопсии, госпитализации и т.д.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock detector